Jump to content
Sign in to follow this  
Gunslinger

Рассказ "Аккумулятор заряжен не полностью" - навеяно последними событиями...

Recommended Posts

- Какого хрена!? – совершенно неожиданная надпись на экране мобильника заставила Сергея отложить книгу. Проследив глазами путь, ведущий от его телефона к розетке, он убедился, что зарядное устройство по-прежнему включено туда, куда ему и положено. Оно не порвалось само собой, да и никакая крыса его не перегрызла – следовательно, на все происходящее приходились три основные версии: в доме отключили свет, сломался телефон или сдохла зарядка, и, наконец, Сергей был слишком ленив, чтобы проверить оба подозрения. Последнее, скорее - не версия, а уже сложившийся факт. Да только наш герой отличался повышенной верой в себя и лелеял надежду подняться с кровати и все выяснить.

Книга была в ужасном состоянии. Месяц назад Сергей прекрасно осознавал, что давать прочесть ее своему отцу, было не лучшей идеей. Мягкая обложка порвана в нескольких местах, страницы замусолены и пахнут сигаретным дымом. Пусть и дешевое издание, Сергей искал его очень долго – текст был важнее. И теперь, полсотни страниц спустя, почти полностью разочарованный, он уже не мог поставить ее на свою полку элитных романов, хотя бы просто из-за отличного состояния. Излишняя детализированность в книгах никогда не радовала его. Но нужно было постараться, что бы так просто, с жуткой пошлостью описывать батальные сцены. «Две армии сошлись в битве не на жизнь, а на смерть. Клинки звенели и сияли под раскаленным солнцем». Далее шло небольшое описание звуков, издаваемых ударами мечей и прочая дребедень. Сосредоточиться на одной единственной мысли, человек может только в спокойном состоянии. А когда ты идешь в смертельный бой, да еще и в первых рядах, можно ли думать о чем-то конкретном? Естественно, не участвовав в таком сражении, Сергей смог предположить лишь две параллельные мысли отдельно взятого воина: «я погибну первым или успею убить хоть кого - нибудь?». Возможно, похожая идея и была раскрыта автором на следующих страницах, но в отложенной Сергеем книге, со временем иссохшей и опаленной, они так и не были перевернуты.

Лень,обострившаяся у него сегодня, дала о себе знать не без помощи добрых людей. Милая соседка по этажу Анжелика Дмитриевна отличалась хорошими манерами, достойными дам высшего общества, прекрасным, для ее возраста (по предположению Сергея от 70 до 100), вкусом в одежде, и абсолютным неуважением к чужой занятости и личному пространству. Модель поведения человека, которому обязан весь мир, была совершенно неприкрыта. Сергея это касалось в наименьшей степени, но и раздражаться у него повод был: частые бытовые просьбы без благодарностей (а в случае со сломанным телевизором, ударившим его током – еще и без извинений) вывели бы кого угодно. Осознав в детстве истину о том, что «злые и подлые тетки, превратившись в бабушек, не становятся автоматически добрыми», он предположил, что родители не дадут развить ему эту мысль. Тогда он доверился их методам воспитания, и после, во многом был им благодарен. Так что подвели его не моральные устои, а нервы. Разбудив Сергея звонком в дверь в 8:30 утра (во время его законных летних каникул) и сухо поздоровавшись, Анжелика Дмитриевна попросила его взглянуть на показания ее электрического счетчика, висящего на стене этажа. Для этого случая, как успел заметить Сергей с помощью одного нормального и второго – слегка заплывшего глаза, ею была подготовлена табуретка. Она стояла аккурат под счетчиком, будто дожидаясь момента, когда на нее встанут.

-Вы меня разбудили – Сергей наивно посчитал, что эта фраза вызовет у соседки реакцию вроде «Ой, извини!». Напрасно. Она будто его не услышала и вновь перешла к теме своей просьбы.

-Мне прямо сейчас нужно бежать и заплатить за свет, а то отключат. Будь добр. –еле запахнутый халат молодого человека и явно проглядывающие трусы, ее, видимо, не смущали. Хотя может и смутили, если бы ее глаз был также зорок, как и в молодости. Но тогда и показания счетчика она смогла бы снять сама. Эта мысль позабавила Сергея и слегка скрасила ему путь от двери до табуретки.

«А из тебя получилась бы отличная гистаповка, старая тварь» - подумал он, возвышаясь над ней, словно на публичном повешенье. Не хватало только петли, а так картина была полной.

-Четыреста пятьдесят девять, шестьсот сорок… эээ, что-то не понятно.

-Шестьсот сорок что? – нетерпеливо спросила соседка.

-Я не знаю. Последняя цифра – то ли 5, то ли 6. Счетчик вверх или вниз крутится?– последняя попытка проявить дружелюбие с полным ненависти сердцем.

-Ладно, повтори еще раз -я запишу. – Она достала из сумки ручку и газетный листок со сканвордом. Сомнений в том, что сделать этого с самого начала она не могла, у Сергея и не возникло. Он вновь повернулся к счетчику.

-Четыреста пятьдесят… твою мать! – звук открывающейся двери другой его соседки – намного моложе и симпатичнее, заставил его резко спрыгнуть с табуретки и вернуться в квартиру. К сожалению, его скорости не хватило, что бы девушка не увидела предмет летней коллекции его белья, под распахнутым от бега халатом. День был испорчен.

-Вот, черт! Чтоб ты сдохла!– сквозь зубы прорычал Сергей уже в своей квартире. В такое подлое стечение обстоятельств верилось с трудом. А в то, что Анжелика Дмитриевна вернется и в !ГНЕВЕ! потребует его вновь встать на табуретку, верилось еще меньше. Но вот, она вновь стоит на пороге с поджатыми губами и недовольной гримасой. Слова, которые окончательно вывели Сергея из равновесия, были сказаны, и пути назад уже не было. Прямая обязанность гнева – сжигать мосты, и справляется он с ней превосходно.

-А вы возьмите лупу и сами лезьте на вашу гребаную табуретку!!! И можете хоть без трусов это делать! А если еще раз меня о чем-то попросите - я позвоню в милицию и скажу, что вы младенцев воруете!!!

Дверь в квартиру Сергея захлопнулась. Неизвестно, сколько за ней стояла шокированная Анжелика Дмитриевна, но беспокоила она его в предпоследний раз.

Найдя в организме силы подняться с кровати, он не спеша подошел к столу, на котором лежал мобильник. Включив и выключив зарядное устройство из розетки, и убедившись, что толку нет, Сергей, также медленно добрался до выключателя. Тайна была раскрыта – в доме вырубили электричество. Осознавая, что это, скорее всего, приведет к некоторым проблемам с приготовлением обеда, он решил пойти на кухню и выпить последнюю воду из чайника. Одно, как видно, с другим не вяжется, но Сергей не строил грандиозных планов. «Если свет вскоре дадут – хорошо, нет – обойдусь бутербродом и водой из-под крана с заваркой». Все было не так плохо, ведь многим людям и такой роскоши не достать. Спустя час после завтрака вода в чайнике осталась теплой и была довольно мерзкой на вкус. Многие запретные вещи теряют для ребенка интерес, когда родители разрешают их. Примерно та же ситуация была у Сергея с кипяченой водой – вроде нужная жидкость, а не вкусно. Хоть ему и было 24 года, подобные мысли и ассоциации у него все еще возникали. А при том, что о них он не заикался, некому было его упрекнуть. Допивая воду, Сергей выглянул в окно и удивился, как быстро меняется погода: еще пять минут назад в окно спальни бил яркий свет, а теперь его многоэтажку и несколько соседних дворов покрыла тень, как бывает перед большой грозой. Если бы не звук разбитого стекла и не громкий, будто звериный вой, раздавшийся сразу после этого, Сергей не отвернулся бы от окна. Тогда, возможно он бы увидел вдалеке похожую тень, медленно погружающую во мрак центр города.

В момент страшного и продолжительного воя Сергея здорово передернуло. Сердце сначала замерло на пару секунд, а после, бешено заколотилось, наверстывая упущенное. Звуки были очень громкими, но доносились явно не из его дома. Не в силах пошевелиться, он пытался сообразить, что произошло. Меж тем наступила полная тишина. Все его чувства резко обострились – нос учуял слабый запах цветков черемухи в стакане на окне, а ухо уловило еле слышное тиканье кухонных часов.

-Отстой. – тихо произнес он испуганным голосом. Мало того что все это кажется жутковатым, так еще и жутко интересным. А вот выходить и узнавать, в чем дело, Сергею совершенно не хотелось. Примерно такой раздрай царил в его мыслях, пока ему не удалось различить звук из подъезда. Звук открывающейся двери, естественно на его этаже. Так внимателен и напряжен, он не был уже давно: сосуды на висках надулись и ладони покрылись ледяным потом. Открывшаяся дверь, судя по тишине, не закрылась. Возможно, кто-то из соседей вышел узнать, в чем дело. А раз так, то можно слегка продвинуться к своей двери и подслушать. Выходить Сергей не собирался, в лучшем случае мог спросить у кого-нибудь на другой день или через день, не слышали он, она или они чего-нибудь необычного. Затем до него добралась-таки мысль, что возможно, необходимо вызвать милицию. Но тогда он, хотя бы примерно, должен знать о поводе вызова. И опять же, тогда ему просто необходимо выглянуть из квартиры. Мысль его совершенно не обрадовала, но он умудрился собрать всю волю в потный кулак и, с наигранной уверенностью, двинулся к двери. При этом он попытался изобразить для коридорного зеркала истинную смелость. Не дойдя двух шагов до английского замка, Сергей подпрыгнул и издал громкий стон, похожий на мычание - кто-то постучал в дверь. Теперь сомнений не было – так страшно ему не было еще никогда. А это говорит о том, что в жизни у него все было не так плохо. Сердце перегоняло по организму литры крови с бешеной скоростью. Вскоре он сделал открытие, что стоит на полусогнутых, вцепившись левой рукой в дверь морозильника. Силы вновь подойти к двери ему придала мысль о том, как глупо он смотрелся со стороны. С нервным смешком он посмотрел в дверной глазок.

- Быть того не может! – у Сергея отвисла челюсть. Анжелика Дмитриевна сверлила взглядом глазок с другой стороны двери. На секунду он отвлекся от странных событий в доме и даже обрадовался – открыв ей дверь, он сможет досказать недосказанное, и может даже показать не показанное (в смысле жестов). Отодвигая засов, он предвкушал, как морально уничтожит наглую соседку и захлопнет дверь еще громче прежнего, да только ее слезы слегка сбили его с программы. Это первое, что бросилось в глаза. После Сергей увидел, что ее трясет, и трясет очень сильно. От былой стальной маски на лице не осталось и следа. Перед ним стояла обычная старушка – беззащитная и отчаянная. Ее жалкий вид очень сильно подействовал на него. Сергей даже почувствовал себя последней сволочью, после утреннего инцидента.

- Что случилось!? – он слегка подался вперед. Соседка попыталась заговорить, но ее только больше начало трясти, а из глаз хлынула новая партия слез. Не осознавая что делает, Сергей переступил порог и обнял ее. Тогда он почувствовал, насколько сильна ее истерика. Сцена продолжалась около минуты, и он заметил, как и у него на глазах навернулись слезы.

«Должен же хоть кто-то нормальным быть» - подумал он, и отодвинул плачущую женщину от себя.

- Скажите мне, то слу…

- Моя сестра. – перебив его, заикаясь, проговорила соседка. Ее взгляд сделался стеклянным.

И тут до него дошло. Анжелика Дмитриевна жила со своей старшей сестрой, которая потеряла возможность передвигаться и не покидала квартиры. Ее он не видел много лет, но соседи говорили, что она даже не встает с постели. Частично стервозность его соседки это объясняло, да только нельзя сказать, что она была лучше до того, как превратилась в сиделку без оклада. Сергей решил, что такой шок могла вызвать лишь ее смерть. А стекло она разбила, наверное, когда обнаружила бездыханное тело. Отсюда и крик – безнадежный и страшный, искаженный стенами и перекрытиями.

-Постойте здесь пока, хорошо? – Сергей внушительно посмотрел в ее глаза. Без толку. Анжелика Дмитриевна полностью отсутствовала. Его страх почти улегся, только сердце еще стучало быстро.

Оставаться с ней в таком положении было уже невыносимо, и Сергей решил позвонить… но куда? В скорую? В милицию? Он не знал, куда нужно обращаться в таких случаях, и не придумал ничего лучше, как зайти в квартиру соседки и визуально удостовериться в смерти ее сестры. Возможно, это подкинуло бы ему идею. А возможно, он никогда не видел мертвого человека, и решил воспользоваться случаем. Как бы то ни было, он отпустил Анжелику Дмитриевну и, не торопясь, пошел в ее квартиру - дверь была открыта нараспашку. Изнутри дул сквозняк, доносивший специфический старческий запах. «Запах смерти» - решил Сергей, и тут же осознал, что выглядит и думает, как дешевый персонаж из «Скуби-Ду». Он переступил порог и остановился в коридоре.

Первое ,что открыл для себя Сергей, это то, что и здесь света, вроде как, не было. Из коридора однокомнатной квартиры его соседки было видно часть гостиной и кухни. И именно здесь разбилось стекло, а точнее - окно. Осколки валялись рядом со столом, на котором лежала перевернутая кружка. Стол был заметно отодвинут от стены, с него свисала скатерть. На полу также было разлито что-то прозрачно белое, похожее на молоко или лекарство. Произошедшее на кухне завладело вниманием Сергея, но ему открывалась только ее часть. Перед тем, как взглянуть на труп, он решил оценить разгром в полном объеме. Перед входом на кухню молодой человек замер. Он еще не увидел ее полностью, но услышал шуршание. И шуршание - как раз на кухне.

«Что это значит!?» - мысли носившиеся в его голове со скоростью пули мешались и приобретали очертание именно этой фразы. Страх, на этот раз медленно, вновь завладел им. «На кухне? Как она могла оказаться на кухне!? Она же не встает с постели! Она же...умерла! Тогда нет, но что все это…» - его мысли оборвал слабый скрипучий голос из гостиной.

-Анжелика! Анжелика! Кто это?

Сергей резко повернулся. С точки, где он стоял, была видна часть гостиной с кроватью. На ней, повернув голову и впившись испуганным взглядом в незваного гостя, лежала сестра Анжелики Дмитриевны. В последний раз он видел ее здоровой, и около 10 лет назад. Годы и болезнь обезобразили ее. Казалось, остались только глаза – большие и испуганные. Сергей впал состояние пассивной паники, общего непонимания и страшного отчаяния. «Да что здесь, в конце концов, случилось?». Сердце замерло окончательно. О том, что бы шевельнуться, он и не думал. В квартире стало темнее. И тогда Сергей увидел, что взгляд сестры его соседки скользнул чуть выше – за его спину, и замер на том, кто прятался в кухне. На том, кто закрыл собой свет. Сергея схватили и подняли в воздух. Прежде чем он успел осознать это, он почувствовал, как его руки и ребра ломаются в страшных объятиях. Напротив входа в кухню, в коридоре стояло старое зеркало. В нем он увидел, что его сжимает огромными руками существо, не имеющее ничего общего с человеком. Его образ впечатался в сознание. Тварь затащила его на кухню и села с ним на пол – словно с плюшевым медвежонком. Ростом он был почти под потолок, мощное туловище с матово-серой кожей завершала несоразмерно большая и лысая голова с огромными глазищами – мертвенно голубыми. Боль, казалось, так и не смогла перебить шоковое состояние жертвы. Даже когда Сергея начали жрать с головы. Он чувствовал, как острые, будто бритва зубы снимали с него скальп, а большой язык слизывал текущую ручьем кровь. Когда его схватили за горло и слегка задрали голову, несчастный увидел разбитое окно. На том, что от него осталось, были следы этой белой жидкости.

«Значит, ты поранился, когда лез к ней в дом» - подумал Сергей, когда его череп треснул. Картинка перед глазами изменилась. Помимо того, что их залило красным, он вдруг начал видеть все в обратной последовательности. Разбитое окно никуда не исчезло, но стало прозрачной частью фильма, где Сергей еще не заходит в чужую квартиру, обнимает плачущую соседку, валяется на кровати и читает ту книгу. «Я погибну первым» - дилемма решена». Теперь он выбегает из своего дома, и видит девушку, которой так стеснялся. Он – в распахнутом халате, с кровью текущей по плечам. И она, каждый раз ждущая от него знака внимания, полная надежды, улыбчивая. Красивые, зеленые глаза. На ней фильм замирает. А когда тварь прогрызает Сергею глаза, видно становится только ее. Это хорошо. Сквозь девушку не просвечивает разбитое окно и гигантские летающие тарелки, кружащие за ним.

Толком не узнав, что произошло, Сергей стал одним из немногих, кому так повезло со смертью. Ни осталось никого. Ни одного человека. Те же, кто считал, что люди окружают себя хламом – ненужными, на первый взгляд, вещами, все же попали в ситуацию, когда оказались абсолютно не правы. Память о нашей жизни осталась только в этих вещах. В обгоревших письмах, порванных струнах, пожелтевших страницах непрочитанных романов.

Share this post


Link to post

Нигде не оговаривалось, что я должен разжевывать.

Share this post


Link to post

Небольшой ляп: свет в доме выключили, а в дверь почему-то "позвонили". Видимо, всё-таки постучали.

Ну, и... тоже не улавливаю смысла. Нет ясности.

Что, где, как и почему? По отдельности детали вполне ясны, конкретны и вместе с тем символичны: загадочная книга, отрубившийся свет, молодой человек, 24 года, ленив, наорал на стервозную старушку со снобскими повадками, отрубился свет, появилась на небе тьма, потом к соседке в окно влезло непонятное, страшное и крупногабаритное существо с острыми зубами и белой кровью, и покушала молодого человека с головы.

И всё это как-то не укладывается в цельную картинку. Слишком уж много вариантов толкования. Мистика? Инопланетяне? Демоны? Хищник-мутант? Шокированная старушка (наверное из-за своего возраста невкусная) мстительно скармливает героя непонятно кому? Ещё можно с десяток версий придумать.

Символичность - это, конечно, хорошо. Но нужно как-то локализовать.

Или это я сегодня такой тупой или просто звёзды так (не)сложились. Тогда разжуйте :) Потому что иначе мнения составить по содержанию не могу, т.к. не вижу законченного цельного рассказа. А того, что есть явно недостаточно: проще самому что угодно дофантазировать, чем пытаться увязать действие с названием и извлечь из этого идею, попутно уловив замысел автора.

Вот моя версия толкования: молодой человек читал замусоленную книжку, допустим, Перумова (фэнтэзи, короче, или историческую, про Стеньку Разина, или вообще Толстого), старушка - мелкая чинуша на пенсии, отрубили свет, потому что прилетели инопланетяне и полезли по одиночке случайным образом в окна залазить к людям, покушать, при этом старушки инопланетным гостям не понравились (не торт). Смысл рассказа: фэнтэзи (историческая литература и Толстой) сакс! - даёшь зубастую НФ (альтернативщики отаке!) в массы, Перумов-Толстой уныл, старушки - тоже, герой - вообще не при чём, зато вкусный. Мораль: во всём есть что-то особенное, даже в фэнтэзи по "Войне и миру".

Но это всё синтетика из моей головы, я додумал и достроил недописанное произвольно по собственному усмотрению. А что вы-то имели в виду? Ну, чисто авторский посыл же есть, и он явно какой-то конкретный, аккумулятор-то неспроста ведь "заряжен не полностью", я прям одним местом чувствую, что неспроста :)

Да, и волшебное слово забыл сказать: пожалуйста, разжуйте. Любопытно.

По слогу - хороший слог. Не первый ваш рассказ, который читаю. Но предыдущие рассказы были не такими расплывчатыми.

Share this post


Link to post

botaNICK

в тему стукнул, поддержу про смысл: неуловил...

а так захватило даже...

Share this post


Link to post

Прежде всего, спасибо за отзывы:) В рассказе, я хотел показать смерть главного героя от руки пришельца на совершенно бытовом уровне (отсюда и название рассказа - простым бытовым моментом символизирует гибель). Т.е. не вводя его в общие события захвата Земли. Он стал, так сказать, первой жертвой. Для этого я и вписал линию с книгой и воином, не знающим - погибнет он первым или успеет убить хоть кого-то. В момент гибели главный герой решает этот вопрос для себя. Не думаю, что соседка отдала его в жертву - просто успела убежать в шоковом состоянии.

P.S. - про звонок и правда ляп, спс - исправлю:)

Share this post


Link to post

Gunslinger

Понятно, я примерно так и догадывался, в чём дело

:) Просто действие (экшн) в рассказе само по себе ясно и последовательно изложено, но неясны были мотивы, обстоятельства и подоплёка описанных событий.

Наверное, нужно было сделать маркеры, наводящие на мысль об инопланетянах, чуть более очевидными. Либо же расширить саму идею "вторжения" и первой жертвы (которая целый живой человек), не конкретизируя инопланетяне это или демоны из преисподней. И найти способ чуть более явно обозначить мораль рассказа. Чтобы после прочтения было понятно - "вот оно что", а не "что это было?"

:)

Вообще мысль о пришельцах/мутантах возникла по аналогии с "Метро" Глуховского, очень похожая атмосфера у него в моментах встреч с мутантами, особенно на поверхности пост-ядерной Москвы. И тоже леденящий душу "вой", и гротесковые фигуры.

Share this post


Link to post

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Sign in to follow this  

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×
×
  • Create New...