Jump to content

observer

Users
  • Content Count

    182
  • Joined

  • Last visited

Community Reputation

13 Нейтрально

About observer

  • Rank
    Рядовой пользователь

Контакты

Личная информация

  • Gender
    Муж

Recent Profile Visitors

The recent visitors block is disabled and is not being shown to other users.

  1. Lenovo P700, трещина на в верхней части экран. На функциональность не влияет. Документы, зарядка, коробка.
  2. Задавившая двух сестер дочь иркутской чиновницы попала под амнистию Подробнее на РБК: http://top.rbc.ru/society/25/05/2015/556367f89a79475f41e3b5a6 Анна Шавенкова, ранее признанная виновной в ДТП, в результате которого одна девушка погибла, а другая получила тяжелые травмы, попала под амнистию к 70-летию Победы. ДТП произошло в Иркутске в 2009 году О том, что признанная виновной в резонансном ДТП дочь секретаря иркутского облизбиркома Шавенкова избежала наказания, сообщила региональная «Комсомольская правда» со ссылкой на прокуратуру Иркутской области. Девушка попала под амнистию к 70-летию Победы. «В Октябрьском районном суде Иркутской области 25 мая состоялось заседание, в ходе которого было принято решение амнистировать Шавенкову», — цитирует издание представителя ведомства. ДТП с участием дочери иркутской чиновницы вызвало большой общественный резонанс. В декабре 2009 года белая Toyota Corolla, за рулем которой была Шавенкова, на большой скорости сбила на тротуаре в центре Иркутска Юлию и Елену Пятковых, сообщает портал Flashsiberia. Впоследствии Елена скончалась, а Юлия стала инвалидом. При этом камера видеонаблюдения зафиксировала, что вместо того, чтобы оказать помощь пострадавшим, женщина осматривала поврежденную машину. Пяткова и ее семья были признаны пострадавшей стороной в деле. В 2011 году Анна Шавенкова была приговорена судом к 2,5 года тюрьмы с отсрочкой на 14 лет из-за рождения ребенка. В августе 2012 года брат Юлии Дмитрий Пятков подал в Октябрьский районный суд иск на 2 млн руб. о взыскании с Шавенковой морального вреда. В сентябре 2012 года иск был удовлетворен частично — всего на 200 тыс. руб.
  3. не особо интересный продукт, вот что-то другое, то камин
  4. продукты 1С базовой версии дилерами не поддерживаются, он должен был Вам сообщить. Подержка от самой фирмы 1С. Необходимо зарегистрировать продукт и Вы можете получать обновление https://users.v8.1c.ru/ Линия консультаций фирмы "1C" для зарегистрированных пользователей базовых версий "1С:Предприятие 8" Общий многоканальный: (495) 688-10-01 E-mail: v8@1c.ru Таким образом, поддержка Вашего продукта существует. Мы с Вами разговаривали, вам лучше использовать управленческую программу УНФ, тем более, что у Вас два территориально разделенных подразделения. Про тарифы и условия можно почитать здесь: https://1cfresh.com/priceЕсли тариф Проф, то ограничений на поддержку отсутствуют. Если есть вопросы пишите.
  5. 1С обновила методические материалы и демо-базы Управление небольшой фирмой на версию 1.5 http://www.v8.1c.ru/small.biz/
  6. Обновление продукта “1С” для управления небольшой компанией По мнению ведущих экономистов, преодоление непростой экономической ситуации в стране должно быть во многом связано с развитием сегмента малых и средних предприятий за счет гибкого реагирования предпринимателей на изменение окружающих условий, в том числе перестройки деятельности компаний. В существенной мере реализация такой гибкой модели развития зависит от возможностей средств ИТ-автоматизации бизнес-процессов организации. Первая версия продукта «1С:Управление небольшой фирмой» (1С:УНФ), предназначенного для комплексного управления и учета на предприятиях малого бизнеса, вышла более пяти назад, когда проблема преодоления последствий тогдашнего экономического кризиса была также весьма актуально. Тогда он стал первым прикладным решением, реализованным на новой, только что выпущенной платформе «1С:Предприятие 8.2», что обеспечило возможность динамичного развития ПО на передовой архитектурно-технологической основе. Все эти годы шла модернизация продукта: только в 2014 г. «1С» выпустила пять новых релизов. Сейчас появился еще один обновленный вариант этого решения. Среди самых значимых новшеств — развитие функционала CRM. Эти возможности особенно нужны в сложные экономические времена, когда важно сохранить своих клиентов. Расширенные возможности сегментации клиентской базы, в том числе с помощью тэгов, помогут точнее выделять целевых клиентов и делать соответствующие их потребностям предложения. Хорошим способом поддержать лояльных клиентов являются дисконтные программы, с обеспечением этих возможностей связана еще одна группа нового функционала. Аналитическая отчетность 1С:УНФ поможет сохранить рентабельность и устойчивость бизнеса: контролировать себестоимость и маржинальность продаж, не допускать кассовых разрывов, по возможности избегать привлечения дорогостоящих кредитов. В условиях валютной нестабильности крайне важно контролировать операции с импортными товарами, материалами и комплектующими, это обеспечивается с помощью встроенной поддержки многовалютного учета. В плановом режиме продолжается развитие интеграционных возможностей приложения. Уже сейчас реализован прямой обмен с банками — управлять расчетными счетами теперь можно прямо из программы, без установки приложений «клиент-банк». Приложение поддерживает обмен данными с сайтами, в т. ч. на платформе «1С-Битрикс», и с решением для автоматизации торговых точек «1С:Розница». На уровне обмена данными реализован один из наиболее востребованных форматов организации управления и учета в малом бизнесе — передача ведения бухучета на аутсорсинг. Больше внимание уделяется электронным формам взаимодействия компании с налоговыми органами с учетом постоянных изменений в законодательстве. Еще в прошлом году было создано мобильное приложение «1С:Управление небольшой фирмой» для смартфонов и планшетов на платформах iOS и Android. Среди сегодняшних новшеств — возможность использовать камеру мобильного устройства для сканирования штрихкодов и дополнять описания товаров их фотографиями. Важно и то, что 1С:УНФ может использоваться как варианте традиционного локального развертывания, а так и в облачном режиме — в сервисе фирмы «1С» 1cfresh.com или на ресурсах ее партнеров. Решение поддерживает свободную миграцию из одного режима в другой — с возможностью в любой момент выгрузить все накопленные пользователем данные. Желающие попробовать поработать с программой и мобильным приложением к ней в «боевом» режиме могут сделать это в рамках трехмесячного тест-драйва на облачном сервиса. Накопленную информационную базу можно выгрузить в любой момент и продолжить работу с программой на коммерческих условиях — в «коробочной» версии или в облачном режиме.
  7. А в доработке будет раздел "где купить" и "заказать обратный звонок"?
  8. Предлагаем изготовление электронных подписей торгов, отчетности и т.д., самые низкие цены в городе, изготовление за 15 минут!!! ООО "ПрофиС-софт" 568-568 электронная подпись для торгов пока еще 3200 руб.!!!
  9. Константин Сонин http://worldcrisis.ru/crisis/1815854 Экономист Константин Сонин доказывает, что кризис в России начался 14 лет назад и выхода из него не видно. Почему население и бизнес осознали кризис быстрее, чем власть, как «люди из Вашингтона» могут «выключить» российскую экономику, и почему сибирские железные дороги опасны для российских правителей. – Объясните, из чего складывается такая зависимость российской экономики от нефтегазового сектора? – Нефтегазовая отрасль – это и большая часть доходов бюджета, и, через кросс-субсидирование, – поддержка всех отраслей промышленности. Газ – важнейший ресурс для производства электроэнергии, цены на которую жестко регулируются. Соответственно, есть сложные механизмы перераспределения добавленной стоимости из нефтегазового в сектора всей остальной промышленности. Например, если какой-то завод получает электроэнергию по заниженной цене, это значит, что часть прибыли, которая должна была бы генерироваться в нефтегазовом секторе, выглядит в статистике, будто она генерируется в промышленности. И это очень сильно осложняет любой анализ. Если посмотреть на отраслевую статистику, то нефтегазовая часть добавленной стоимости будет около 25%, а фактически – все 50%. Поэтому если что-то сильно снижается в нефтегазовой отрасли, это сказывается на всей экономике. – Выделение 625 млрд рублей «Роснефти», вызвавшее бурную реакцию и послужившее дополнительным фактором в панике на валютном рынке, было на самом деле оправдано? – Несмотря на то что я плохо отношусь к «Роснефти», я не считаю, что нужно обвинять ее в попрошайничестве: они разместили облигации, то есть взяли на себя долговые обязательства. Если вдруг потом этот долг как-нибудь спишут, тогда можно говорить, что это был «подарок». С «Роснефтью» проблема в другом. Когда она создавалась и когда она национализировала ТНК-ВР, то многие экономисты предупреждали: нам не нужна государственная нефтяная компания такого размера, а стоимость покупки ТНК-ВР слишком велика. Сейчас вместе с ценами на нефть упали и доходы «Роснефти». Но ведь долг, который был приобретен для покупки, никуда не делся. На мой взгляд, это пример неэффективного управления отраслью и некомпетентного стратегического планирования. Да, если ваш товар стоит дорого, то вполне нормальной является практика одолжить денег и приобрести дополнительные активы. Но компетентный менеджер всегда должен закладывать в стратегию риски, в том числе риск снижения стоимости основной продукции. Отмечу, что некомпетентность руководства «Роснефти» – это не просто мое личное мнение. Так же оценивает ее и рынок: посмотреть, насколько сильно снизилась капитализация по сравнению с другими нефтяными компаниями (на момент подготовки материала капитализация «Роснефти» составила чуть больше $40 млрд, а только за ТНК-ВР в 2013-м компания заплатила около $55 млрд. – «Профиль»). Хотя, например, Exxon торгует тем же товаром, что и «Роснефть», но рынок различает, где компетентное управление, а где плохое. «Роснефть» также очень осложнила ситуацию странными рассуждениями руководства и пресс-службы: зазвучали заявления, что якобы заемные рубли пойдут на оплату налогов, а на расплату по долгам решено использовать валютную выручку. Это совершенно бессмысленные утверждения: деньги внутри компании никак не маркированы. Так же, как не маркированы, например, деньги у вас в кошельке: эти – «на молоко», а эти – «на водку». Поэтому от этих рассуждений все еще больше испугались. – В 2010 году, когда начался восстановительный рост после падения в 2009-м, вы говорили, что кризис на самом деле не закончился. Можно ли провести аналогии с тем, что было тогда? – И в 2008-v, и сегодня как было, так и есть два кризиса. Долгосрочный, в который мы втягиваемся уже 10 лет. И есть кризис краткосрочный, который связан с внешней конъюнктурой. В 2008 году он был связан с мировым финансовым кризисом и падением цен на нефть. Сегодня в мире кризиса нет, а к падению нефтяных цен добавились санкции. Но это то, что лежит на поверхности, что видно в изменении обменного курса национальной валюты. Так вот, из «большого», долгосрочного, структурного кризиса мы и не думали выходить. – Когда начался этот «большой» кризис? В чем он заключается? – У экономики в нормальном состоянии есть какой-то тренд, темп роста, с которым она развивается. И у нас этот тренд невысокий – около 0-1%, потому что десятки лет у нас уже все не как у людей. Быстро росли в ХХ веке два типа стран: с развитыми институтами, и сильно отстававшие в прошлом – например, Китай. За счет «низкого старта» он рос впечатляющими темпами. Но рано или поздно и он тоже упрется в наши проблемы. Почему наша страна так быстро росла первые десять лет XXI века? Потому что до этого был катастрофический спад. Медленно мы росли, на самом деле уже в 70-е годы прошлого века. Возможности роста при таких институтах, которые не защищают права собственности, не поощряют инновации, не поощряют передачу знаний, переток информации через границы, исчерпаны. При этих условиях и при таком уровне развития может расти только африканская страна – ей есть куда расти. Поэтому первые годы мощного «путинского» роста на самом деле были возвращением к тренду стагнации. В 2008 году мы к нему вернулись. И потом, после цикла «спад-рост», снова оказались в 70-х... Да, сейчас у нас другие институты, но они настолько же плохие, как в Советском Союзе. – Что вы имеете в виду под плохими институтами? – Под «хорошими» институтами понимают те условия, которые стимулируют людей, фирмы инвестировать, стараться, обучаться, предпринимать какие-то усилия. В СССР вообще не было никакой возможности проявлять частную инициативу, не было стимулов развивать инновации. Ну разве что только самые минимальные. Сейчас таких возможностей, с одной стороны, много: например, ничто вам не мешает зарегистрировать фирму. Но после того как вы это сделаете, к вам начнут ходить налоговые и правоохранительные органы. Если на вас кто-то «наедет», или ваш партнер вас «кинет», или вас обманет банк, то вы совершенно замучаетесь ходить по судам, потому что судебная система работает плохо и медленно. В экономическом понимании это все издержки, и правильным было бы эти издержки снижать: улучшить работу судов, уменьшить давление и коррупцию регуляторов. Чтобы нужно было делиться с меньшим количеством людей. Тогда будет больше стимулов стараться. Ведь самые главные потери на инвестициях – это не те, что были сделаны и украдены. В этом случае хотя бы их кто-то «съел» – дети чиновника или дети людей из правоохранительных органов. Самые большие потери – это инвестиции, которые не были сделаны. Человек думал начать какое-то дело, а не стал. Вместо того чтобы построить какую-нибудь сеть магазинов – поехал в Лондон. Или стал жить скромнее, чем если бы он имел сеть магазинов. – Вернемся к кризису. В какой фазе «краткосрочного» кризиса мы сейчас находимся? Был ли «черный понедельник» в декабре точкой отсчета? — Я бы сказал, мы сейчас находимся в такой стадии, когда населению уже понятно, что кризис наступил, но это еще не поняло правительство и руководство страны. Если, например, социологи прямо спрашивают людей, считают ли они, что в стране кризис, то экономисты действуют не так. Для них не важно, что человек говорит. Важно, что он делает. То есть для экономиста ответ на вопрос: «Вы доверяете правительству?» — заключается в том, поменяло ли население рубли на доллары. Так вот, население, судя по его поведению, судя по скачку курса доллара, по тому, сколько было потрачено на товары, цена которых в декабре еще не поменялась, поняло, что у нас кризис. Судя по изменениям цен, бизнес тоже понял ситуацию и рассчитал инфляцию, не дожидаясь цифр Росстата. Но правительство по-прежнему считает, что будет, как в 2008 году. Мол, сейчас мы немножко напряжемся, из этой отрасли перекинем в эту чуть-чуть денег, а там дальше будет все хорошо. Но по сравнению с 2008 годом они стали более опытными. В том смысле, в каком более опытным становится человек, который много страдал, а не чему-то научился. То есть теперь просто может больше вытерпеть. Тогда уже к январю 2009 года они находились в полной панике: все, нефть будет $20, штурмом возьмут Кремль, нужно срочно что-то делать. Сегодня ничего такого нет и в помине. Ситуация ничуть не лучше, но они ничего не делают. – Насколько серьезным может быть экономический кризис в нашей стране? – Хуже, чем в 1980-е, уже не будет. Другое дело, мало кто понимает, насколько плохо было в 80-е. Масло, колбаса – это было только в Москве, даже в других крупных городах Союза с продуктами было очень тяжело. Единственной доступной сладостью зачастую была халва россыпью. Автаркия наподобие позднего Советского Союза многими сегодня воспринимается как самый плохой сценарий развития событий. Но ведь это был на самом деле ужас. Да, может, не было гражданской войны, но это был единственный плюс. – Какие еще «санкционные риски» сегодня актуальны для российской экономики? Какие методы давления зарубежных стран станут для нас наиболее болезненными? – Люди в Вашингтоне, которые анализируют и определяют эти санкции, исходят из того, что могут в любой момент «выключить» российскую экономику. Можно просто полностью закрыть финансовый оборот со всем миром. Можно запретить, например. Bank of New York хранить расчетные счета российских агентов. Остановить все российские транзакции через европейские и американские банки. В этом плане даже отключение от системы SWIFT будет не таким болезненным: эта система сокращает издержки путем предоставления удобного способа осуществления расчетов. – И что тогда случится, если нам закроют финансовый оборот с миром? – Доллар и евро сильно подорожают. Насколько сильно – будет зависеть от того, как мы будем действовать. Если включат печатный станок, то мы вполне можем оказаться в ситуации гиперинфляции – тогда падение курса рубля будет очень серьезным. У нас будет не национальная валюта, а бумажки – как на Украине в 1992 году (индекс инфляции в 1992 году на Украине составил 210%, в 1993 году – 10 206%. – «Профиль»), когда печатали деньги без номеров. Всем будет плохо, кроме, быть может, военной промышленности – если исходить из варианта прогноза, когда ВПК будет работать по полной. Другой вариант жесткого санкционного давления – перекрыть газовый вентиль в Европу. – Разве может Европа отказаться от российского газа? – Может. Доля России на газовом рынке Евросоюза – около 30%. Это означает, что для европейского потребителя цены на газ вырастут в полтора-два раза. Это большие издержки и снижение уровня жизни, но в этом нет абсолютно ничего смертельного. Ну, например, тратил человек 100 евро в месяц на энергию, а будет тратить 150-200. Неприятно, но не критично для типичного бюджета европейской семьи. – У правительства есть «антикризисный план». Вы можете сравнить его с теми действиями, которые предпринимали власти в 2008 году? – Тогда многие меры принимались на ходу. Сейчас те же самые меры принимаются по образцам 2008 года – в этом смысле они более продуманы и адекватны. Семь лет назад не было готовых мер по стабилизации банковской системы, а сейчас они, в сущности, были уже готовы. Если в декабре 2014 года угроза банковского кризиса была вполне реальной, то сейчас пусть и дорогой ценой эта проблема, похоже, снята. Да и сама банковская система была лучше готова: еще при прошлом руководстве ЦБ было хоть и нечетко, но объявлено, что у нас плавающий курс. Это сделало и банкиров, и предприятия, помнящие, что было в 2008 году, более осторожными. Практически никто не подошел к этому кризису с таким количеством активов, по которым могли быть margin-call'ы, как тогда. Margin-call – это обязательство, когда берешь в долг, иметь залог, адекватный уровню долга. И если ценность активов снижается, тогда залог в этот момент становится гораздо дешевле, и его нужно пополнять. Такая ситуация складывается всегда, когда кто-то слишком сильно наглеет, рискует, рассчитывая на то, что плохая ситуация не наступит. У «Роснефти» хоть и не было margin-call'а, их модель, судя по всему, исходила из того, что цены на нефть не могут упасть. При этом они рационально опирались на тот факт, что их спасут при любых обстоятельствах. – Насколько адекватен этот план сегодняшней ситуации? – В разных ситуациях могут быть разные задачи. Кому-то кажется, что если начался рост – значит вышли из кризиса. А может быть, задача в том, чтобы не допустить того, что случилось в 1990 году, – спада, по продолжительности и размаху самого большого за 60 лет. За современную экономическую историю нашей страны, 120 лет, это был второй по масштабу спад после Первой мировой и Гражданской войны. Поэтому если какие-то меры могут предотвратить такой спад, это в каком-то смысле уже успех. Пока что все выглядит так, что никакого катастрофического развития ситуации не будет. Но надо понимать, что из кризиса 2008-2009 годов мы вышли только потому, что во второй половине 2009-го начали расти цены на нефть. Если цены на нефть не вырастут, ближайшие годы экономика будет падать. Конечно, через несколько лет появятся возможности для восстановительного роста. Но средние темпы будут около 0%. То есть стагнация, в которой мы в целом живем последние шесть или семь лет, будет продолжаться. Но если нефть подорожает, мы выйдем из этого кризиса как в 2008 году, и тогда средние темпы роста будут 1%. Что, в сущности, застой. – Получается, что те «структурные реформы», о необходимости которых так много говорят, после выхода из краткосрочного кризиса снова могут стать власти не нужны? – У нас сложился странный дискурс: когда говорят о реформах, у нас подразумевают, что нужно сделать Путину, Медведеву, Шувалову. В любом месте реформы – это прежде всего смена правительства в широком смысле: и президента, и кабинета министров, и парламента. И случаев, когда серьезные реформы проводились без смены руководства страны, я припомнить не могу. – И каков ваш прогноз? – Пока что в мировой истории еще не было ни одного лидера, который бы правил вечно. Егор Гайдар когда-то внес в российский экономический дискурс очень мощную мысль. В 1960-е годы все прекрасно осознавали необходимость реформ, и они начались. И еще неизвестно, куда бы они нас привели. Но в 1968 году открыли нефть и газ в Западной Сибири, в 1973 году выросли мировые цены на нефть – и все, все реформы были отложены. И мы оказались в застое. Я бы добавил к этому еще и 1975 год – именно тогда Леонид Брежнев «победил» последних людей, с которыми взял власть в 1964 году. Если бы у нас, как в Китае, правила коммунистическая партия, а не отдельные люди, то в 1975 году очень пожилые, входящие в полный маразм люди ушли бы, и появилось новое поколение. Поколение Горбачева. И та же перестройка и ускорение начались бы на 10 лет раньше в гораздо лучших условиях. Но у любого политика слова «нужно что-то менять» воспринимаются как атака лично на него. – Какими, на ваш взгляд, должны быть структурные изменения в экономике? – Нужна приватизация. Та же «Роснефть» – слишком большая компания, из-за этого неэффективная. Ее нужно разбить и приватизировать. Сильно реструктуризировать нужно и «Газпром». Нужно меньше правительственного вмешательства с целью создания государственных холдингов. В Москве и других крупных городах нужно приватизировать землю и следить, чтобы она не собиралась в единый кулак. Существенной структурной перестройкой стало бы и снижение коррупции – до такого уровня она дошла. Причем всегда обсуждение на тему «как победить коррупцию» переходит в ту плоскость, что из-за масштаба ее якобы победить невозможно. Но тем не менее ее можно свести до некоторых «приличных» уровней. Члены правительства, которые стали долларовыми мультимиллионерами в ходе работы в правительстве, – это абсолютный нонсенс. Причем не дают ход расследованию потенциально коррупционных случаев, имеющих даже документальное подтверждение. Да, возможно, президент считает, что документов, например, опубликованных в блоге Алексея Навального недостаточно, чтобы судить тех или иных чиновников. Или он ждет, когда же будет суд? В любом случае, если не для уголовного дела, так для увольнения публикуемых сведений должно быть достаточно на сто процентов. – Что вы можете сказать о намерениях властей, выраженных в «антикризисном плане», по поддержке малого и среднего бизнеса, уменьшения госрегулирования? – Для этого нужно менять законодательство. Заниматься этим должен парламент. Я знаю, что Минобразования пыталось сделать что-то подобное. Но такие инициативы попросту умирают в Думе, которая в нынешних условиях лишь выполняет волю президента. На сегодняшний день Дума лишена прерогатив, присущих любому нормально функционирующему парламенту. В том же «антикризисном плане» есть пункты, предусматривающие внесение изменений в бюджет. Так почему же этим занимается правительство, когда во всем мире бюджет тысячелетиями был в ведении парламентариев? – А что насчет так называемых мегалопроектов – инфраструктурных проектов строительства железных дорог в Сибири, моста через Керченский пролив и так далее? – Если бы кому-то было выгодно что-то возить, то эти железные дороги и так бы уже были построены. Сегодня же кроме интересов непосредственно строителей смысла в этих проектах я не вижу. Кстати, интересно, на сколько лет хватило бы обеспечить жителей всех регионов бесплатными электричками вместо БАМа? Вообще проекты Транссиба и БАМа наводят на тяжелые «политические» мысли. Предыдущие два падения власти – царской в 1917 году и Советской в 1991-м – этому предшествовал возрастающий интерес к сибирским железным дорогам. Можно сказать, это такой симптом: когда начинает «сносить голову», когда коррупция начинает зашкаливать, тогда вспоминают про БАМ и Транссиб. – Возможна ли в ближайшее время смена кабинета министров? – Я думаю, это по крайней мере напрашивается. На сегодняшний день мы видим, что у нас фактически нет руководителя в правительстве: каждый министр говорит о чем-то своем, нет единого плана. Поэтому нужен хотя бы премьер-министр – для координации работы правительства. Я не единственный, кому это видно. – Сейчас много говорят о том, что правительство может возглавить Алексей Кудрин. – У нас был с ним разговор, и я, мне кажется, объяснил ему, почему этого не произойдет. В отношении путинских премьер-министров действует один общий принцип: никого из них невозможно представить в роли президента, нового настоящего лидера. Хотя людей, кто мог бы справиться с ролью кризисного премьера, хватает: это и Кудрин, и Фридман, и Михаил Прохоров, и некоторые губернаторы, более мелкие бизнесмены или министры второго ранга. Но все они слишком серьезные фигуры. И для определенных приближенных к власти групп влияния невыносимо, чтобы кто-то из этого списка стал премьером. И это не просто психологический момент: при новом премьер-министре сразу же перекроется поток государственных контрактов, за счет которых они обогащаются. – То есть получается замкнутый круг. – Ну вообще у нас ситуация очень неприятная. Пока не безнадежная: Россия переживала и худшие времена, власть. Тот же Николай II – он как лидер и правитель был хуже, чем Путин. Да и Сталин был намного хуже – по-своему. То есть в плане самого существования страны ситуацию назвать безнадежной нельзя. А что касается политики – тут ситуация безвыходная, и развивается она в неправильном направлении.
  10. http://www.ng.ru/editorial/2015-02-13/2_red.html Выталкивание людей из госсектора угрожает и правящей элите, и либералам. В госструктурах на региональном и федеральном уровнях ожидают оптимизации бюджетов. Это может быть как отказ от индексации зарплат и выплат премий, так и сокращение сотрудников. Изменения должны коснуться и силовых ведомств, там ждут сокращений аппарата в пределах от 10 до 30%. Подобного рода оптимизация может происходить по идейным причинам. Так бывает, когда власть, руководствуясь собственными убеждениями, реализует либеральную программу. Она предполагает минимализацию государственных расходов и вытеснение людей в частный сектор, его стимулирование. Усиление независимости от государства приводит к тому, что взгляды таких людей трансформируются – частично или довольно существенно. Меняется структура их потребления, появляется запрос на дополнительное знание или образование, а условия труда, собственность, возможность самореализации и гражданские права в ценностном плане обретают для них дополнительный вес. Это потенциальный электорат либеральных политических партий. Российская власть не имеет подобных убеждений и не проводила такой политики оптимизации госрасходов в годы, когда это было возможно. Нынешнее сокращение издержек является не идейным, а вынужденным и обусловлено состоянием экономики. Люди будут вытесняться из государственного сектора, но их переход в частный сектор в нынешних условиях затруднен. Частные предприятия тоже обеспокоены оптимизацией издержек, причем в большей степени, нежели госструктуры. Крайне осложнен доступ к кредитам, следовательно, нет и возможности для того, чтобы начать собственное дело. Моделью успешного человека в России в последнее десятилетие служил не бизнесмен, а чиновник или сотрудник госкорпорации. В новых условиях доступ к престижным профессиям ограничивается, а объем государственных гарантий сокращается. Оказавшиеся на обочине люди не становятся либеральным электоратом – для этого нет никаких предпосылок. Вместе с тем они перестают быть лояльными действующей власти. Их запрос – это запрос на государство, которое может позволить себе гарантии и расходы как минимум на прежнем уровне. Нынешняя власть сделать этого не может. Следовательно, адресатом запроса становится любая политическая сила, во-первых, явно декларирующая левую ориентацию и, во-вторых, бескомпромиссная и радикальная – под стать настроениям тех, кто только что попрощался с привычным образом жизни и намерен как можно скорее его вернуть. Политическая стратегия правящей элиты в нулевые и в начале 10-х сводилась к тому, что власть маргинализирует и всячески ослабляет либеральные партии, а повестку дня левых берет на вооружение, исключая экстравагантность (от сталинизма до приема в пионеры) и подкрепляя программу наличными ресурсами. Тем самым она лишает либералов фактической возможности конкурировать с ней в политическом пространстве, а у левых отбирает козыри. Переигрывать либералов на их поле можно до тех пор, пока работают стимулы для малого и среднего бизнеса, а налоги не повышаются. Переигрывать левых можно до тех пор, пока у государства есть деньги на социальные расходы и гарантии при растущих запросах населения. Возможности власти покупать лояльность граждан небезграничны, поэтому ставка на второй вариант кажется более рискованной и ошибочной. Однако именно она была сделана. Сейчас выталкивание людей из госсектора в никуда угрожает и либералам, и действующей власти. Первым – потому что предлагаемая ими модель некомфортна для людей, привыкших к господдержке. Вторым – потому что они не справились с задачей, причем в глазах радикально настроенных граждан не справились не только и не столько из-за некомпетентности, сколько из-за злонамеренности и воровства.
  11. Кассовые аппараты научат выявлять нелегальный алкоголь по штрихкодам/ Профильный комитет Госдумы одобрил введение системы ЕГАИС для розницы. Мера поможет справиться с теневым рынком алкоголя: бутылку водки, выпущенную нелегально, после внедрения ЕГАИС будет невозможно пробить на кассе Поправки в основной закон, регулирующий алкогольный рынок, были внесены в Госдуму правительством 25 декабря. Введение системы электронного учета алкогольной продукции (ЕГАИС) для розницы несколько лет лоббировало Росалкогольрегулирование (РАР). По мнению регулятора, эта мера позволит вытеснить нелегальный алкоголь из каналов легальных розничных продаж. В РАР считают, что для эффективной борьбы с нелегальной водкой, которая сейчас занимает по разным оценкам от 40 до 60% всего рынка крепкого алкоголя, необходимо «закольцевать» при помощи ЕГАИС всю товаропроводящую цепочку. Сейчас к ЕГАИС подключены только производители крепкого алкоголя. В момент нанесения акцизной марки перед отгрузкой продукции информация о каждой единице товара передается в систему электронного учета. Эта информация хранится и используется алкорегулятором. Нелегальная продукция, соответственно, в системе ЕГАИС не отражается, однако при этом поступает в магазины и реализуется потребителям. По данным Росстата, в 2014 году производители выпустили 66,6 млн дал водки – информация об этом товаре присутствует в ЕГАИС. В то же время розница продала 103,9 млн дал водки: в этом объеме присутствовала как легальная, так и нелегальная продукция. Сейчас системное выявление нелегальной водки в магазинах затруднено: спиртным торгуют десятки тысяч точек, проверки носят точечный характер. Выявление отдельных случаев торговли нелегальным алкоголем не меняют общую картину. Внесенный правительством законопроект предлагает оборудовать кассовые аппараты ретейлеров программным обеспечением, позволяющим передавать информацию о каждой проданной бутылке в систему ЕГАИС. Таким образом регулятор будет иметь возможность отследить весь жизненный цикл каждой, зарегистрированной в системе, водочной бутылки: от ее производства до продажи конечному потребителю. Если покупатель попытается приобрести в магазине нелегальную бутылку водки, информация о которой отсутствует в системе, то кассовый аппарат отклонит такую операцию и продукт будет невозможно провести по кассе. Согласно законопроекту внедрение ЕГАИС для не охваченных системой участников рынка будет проходить поэтапно. С 1 июля 2015 года к ним подключатся производители пива, а также сидра и и медовухи. Исключение будет сделано для микропивоварен, чей годовой объем производства – менее 3 млн л. С 1 ноября 2015 года к системе подключат всех оптовиков. С 1 июля 2016 года к ЕГАИС подключится ретейл в городах, год спустя – магазины в сельских поселениях. Магазинам, работающих в деревушках с населением менее 3 тыс. человек, где отсутствует интернет, разрешат декларировать объемы продаж спиртного по старинке – в виде обычных бумажных деклараций. По словам заместителя главы РАР Алексея Кружалина, внедрение ЕГАИС для розницы не создаст особых неудобств или дополнительных существенных расходов для владельцев магазинов. Саму программу ЕГАИС можно скачать бесплатно с запущенного в конце января сайта egais.ru. Компьютер с установленной программой ЕГАИС должен быть подключен к кассовому аппарату. По словам Кружалина, программа совместима с большим числом моделей современных кассовых аппаратов, так что в большинстве случаев замены оборудования не потребуется. В случае если в торговом зале установлено несколько касс, они будут объединены в систему и подключены к единственному компьютеру. Если произойдет сбой программы и передача данных нарушится, это не будет означать автоматическую остановку розничных продаж спиртного. Информация о продажах будет накапливаться в компьютере, а ретейлеру будет дано три дня на устранение неполадок системы. Система уже была протестирована в магазинах и распредцентрах нескольких крупных ретейлеров и, по их словам, не стала причиной каких-то проблем. «Нововведения необходимо внедрять постепенно, чтобы отрасль успела подготовиться, так как в результате принятия законопроекта количество пользователей ЕГАИС значительно увеличится – с 3 тыс. до 500 тыс.​, – считает один из главных сторонников введения ЕГАИС для розницы, депутат Госдумы Виктор Звагельский. – Для этого потребуется принятие порядка 10 подзаконных актов, проведение широкого перечня технических мероприятий, связанных с проектированием, внедрением и тестированием ЕГАИС в организациях, осуществляющих подобный род деятельности. Кроме того, для того чтобы учесть мнение всех участников рынка, ко второму чтению мы создадим рабочую группу, в которой будем обсуждать дальнейшую подготовку законопроекта». По словам представителя Виктора Звагельского, законопроект будет рассмотрен в первом чтении на пленарном заседании Госдумы 27 февраля. Подробнее на РБК: http://top.rbc.ru/business/12/02/2015/54dca0579a7947dde42bd871#xtor=AL-[internal_traffic]--[rbc.ru]-[details_main]-[item_4]
  12. Как стало известно «Газете.Ru», МИД России просит правительство разрешить организовать магазин Duty Free в Москве для иностранных дипломатов и их семей. Владельцем и оператором магазина может выступить частная компания, а функция надзора будет возложена на подведомственную организацию МИДа. Вопрос прорабатывается в правительстве. Министерство иностранных дел (МИД) предлагает организовать в Москве магазин беспошлинной торговли для иностранных дипломатов, представителей международных организаций, консульских должностных лиц и членов их семей, говорится в письме главы российского МИДа Сергея Лаврова, адресованном премьер-министру Дмитрию Медведеву. В письме, датированном 19 декабря 2014 года (копия письма есть в распоряжении «Газеты.Ru»), глава МИДа отмечает, что существующие схемы перемещения товаров для иностранных диппредставительств не являются оптимальными «как с точки зрения наличия значительных финансовых издержек, так и временных затрат, связанных с организацией поставок». Ведомство Сергея Лаврова, впрочем, не является главным инициатором открытия магазинов Duty Free в Москве. В сентябре 2014 года руководитель Федеральной таможенной службы (ФТС) Андрей Бельянинов обратился к главе МИДа с просьбой рассмотреть возможность участия ГлавУпКД (ФГУП «Главное производственно-коммерческое управление по обслуживанию дипломатического корпуса») в этом проекте в качестве надзорного органа. Согласно письму главы ФТС (копия письма есть в распоряжении «Газеты.Ru»), в таможенную службу обратилась компания «Виктория Трэйд» с просьбой разрешить организацию магазина Duty Free в Москве по адресу ул. Сергина, дом 10. Как отмечает Бельянинов, у «Виктории Трэйд» «есть большой опыт работы в Duty Free бизнесе». По данным kartoteka.ru, общество с ограниченной ответственностью «Виктория Трэйд» было зарегистрировано 28 апреля 2012 года в Москве по адресу ул. Сергина, дом 10 (по этому адресу компания просит открыть магазин). Согласно выписке из ЕГРЮЛ, единственным владельцем компании является совместное предприятие «Молдклассика интернэйшнл», зарегистрированное в Молдове. Генеральным директором компании значится Морозов Андрей Владимирович. Основными видами деятельности «Виктории Трэйд» по кодам ОКВЭД значатся «оптовая торговля алкогольными и другими напитками», «оптовая торговля табачными изделиями», «оптовая торговля сахаром и сахаристыми кондитерскими изделиями, включая шоколад», «оптовая торговля парфюмерными и косметическими товарами», а также «розничная торговля часами». «Вопрос об открытии магазина беспошлинной торговли сейчас находится на стадии проработки, — отмечает источник «Газеты.Ru» в правительстве. — Сейчас свои заключения по инициативе готовят Минфин, Минэкономразвития, а также ФТС. Однако конкретных сроков принятия решения пока нет». В пресс-службе Минэкономразвития подтвердили наличие предложения об открытии магазина Duty Free в Москве, заявив, что «вопрос прорабатывается». Оперативного комментария МИДа и Минфина на момент сдачи заметки получить не удалось. Сейчас магазины беспошлинной торговли, или магазины Duty Free, располагаются в пунктах пропуска через государственную границу, в том числе в портах, аэропортах, а также на вокзалах. Продающиеся в этих магазинах товары освобождаются от акцизов, пошлин и НДС и могут приобретаться не только за рубли, но и за иностранную валюту. Стоит отметить, что в СССР уже был опыт создания подобных «валютных» магазинов для членов иностранных дипмиссий и международных организаций. Магазины торговой сети «Березка», относящиеся к Министерству внешней торговли СССР, продавали иностранным гражданам продукты питания и потребительские товары за валюту. Ряд «Березок» работал по безналичному, «чековому», принципу и позволял покупать товары советским дипломатам, военным советникам, а также специалистам «Зарубежстроя» и членам их семей. До 1991 года из-за запрета на владение наличной валютой рядовые граждане страны не могли официально покупать товары в подобных магазинах. http://www.gazeta.ru/business/2015/02/09/6406157.shtml
  13. В нестационарных торговых объектах можно продавать пиво, если это будет услуга общественного питания, т.е. павильон сделать баром. Кроме того, павильоны разные бывают, есть такие которые под стационарные подходят.
  14. да ладно, не знаете что ли как работает тех.поддержка на 8800? Как правило на первой линии сидят люди далекие от понимания, на вторую линию попасть сложно, особенно если "горячий" период, например, перед окончанием сдачи отчетности. ит- специалист нужен всегда. Saha, слишком хорошо думаете о разработчиках. Далеко не всегда все бывает идеально. Следовательно, нужен спец, который диагностирует проблему, определит на чьей она "стороне" (пользователя или вендора) и поможет решить. да пожалуйста, желаю им удачи.
×
×
  • Create New...